Теории личности в гештальт-терапии

Экологическая    взаимозависимость:     поле    “организм- окружающая среда”

Личность существует, отделяя себя от другого (того, чем она не является) или контактируя с ним. У границы есть две функции. Чтобы войти в адекватный контакт с миром человека, необходимо пойти на риск достижения и обнаружения его границ. Эффективная саморегуляция предполагает контакт, в котором человек обладает способностью к осознаванию нового в окружающей среде. Потенциально оно может оказаться питающим или ядовитым. Являющееся пищей усваивается, а остальное отвергается. Подобный характер контакта, дифференцированный в своей сущности, неизбежно ведет к личностному росту (Polster and Polster, 1973, c.101).

Ментальный метаболизм

В гештальт-терапии понятие метаболизма используется в качестве метафоры, описывающей психическое функционирование человека. Его рост возможен благодаря откусыванию куска подходящего размера (будь-то пища, представления или отношения), его прожевыванию (обдумыванию) и обнаружению, является ли сьеденное пищей или ядом. Если проглоченное, оказывается питательной субстанцией, то организм усваивает ее, превращая в свою неотьемлемую часть. Если поглощенным является яд, то организм выплевывает (отвергает) его. Процесс роста обязательно предполагает наличие у людей желания доверять не только своему вкусу, но и суждению. Способность к распознаванию требует активного (осмысленного) восприятия внешних стимулов и дальнейшей их обработки  с учетом интероцептивных данных.

Регуляция границы

Граница между организмом и окружающей средой должна поддерживаться в состоянии проницаемости, чтобы происходил обмен, и в то же время быть достаточно прочной для сохранения автономии. Нельзя исключить, что в окружающей среде могут находиться яды, и их необходимо отсеять. Отношение к являющемуся питательным по своей природе также является различным в зависимости от доминирующих потребностей. Известно, что метаболические процессы управляются законами гомеостаза. В идеале, самая неотложная потребность питает организм энергией до тех пор, пока не будет удовлетворена или оттеснена более значимой потребностью. Процесс жизни, главным образом, состоит в движении потребностей вперед, удовлетворенных и подавленных, в достижении гомеостатического равновесия и новом движении к следующему мгновению и новой потребности.

Нарушения границы контакта

Если граница между организмом и окружающей средой становится не ясной, полностью исчезает или утрачивает проницаемость, это приводит к нарушениям контакта, осознавания и отделения себя от другого (см. Perls, 1973; Polster and Polster, 1973). При адекватном функционировании границы у человека контакт чередуется с отделением, пребывание в контакте с окружающей средой – с утратой внимания к ней. Граница контакта исчезает в полярно противоположных состояниях – конфлюэнции и изоляции. При конфлюэнции (слиянии) отделение и различение себя от другого становятся настолько не ясными, что граница утрачивается.  При  изоляции  граница  превращается  в  столь непроницаемую, что теряется сама способность контактировать, например, человек перестает осознавать важность других для себя.

Ретрофлексия представляет собой расщепленность личности, внутреннее противостояние определенных частей личности ей как целому. Оно заменяет ей окружающую среду, например, человек делает себе то, что хотелось бы сделать другому или получить от него. Этот защитный механизм ведет к изоляции. Иллюзия самодостаточности, заменяющая человеку контакт с окружающей средой, является одним из примеров ретрофлексии. Хотя человеку свойственно иметь собственное дыхание и жевание, воздух и пища попадают к нему из окружающей среды. Формой ретрофлексии является также интроспекция, которая бывает как патологической, так и здоровой. Например, сопротивление потребности разгневаться может служить способом совладания со средой, в которой присутствует опасность. В такой ситуации кусание собственной губы, в частности, может оказаться более функциональным действием, чем высказывание чего-то кусающего.

Посредством интроекции посторонний материал впитывается без какого-либо распознавания или усвоения. Проглоченное целиком создает “как бы” личность и формирует ригидный характер. Интроецированные ценности и поведение опутывают личность. Как и при других нарушениях границы контакта заглатывание целиком может быть здоровым или патологическим в зависимости от конкретных обстоятельств и степени осознавания. Например, студенты, слушающие лекционный курс, могут полностью осознавать то, что они делают, в частности, конспектируют и запоминают,  и   отрыгивать  услышанное  без  полноценного “переваривания”.

Проекция представляет собой проявление смешения себя и другого, возникающее из-за приписывания наличию вовне чего-то такого, что на самом деле является частью личности. Примером здоровой проекции может быть искусство.. Патологическая проекция порождается неосознаванием и непринятием ответственности за то, что проецируется.

Дефлексия является формой избегания контакта или осознавания путем ухода в сторону, например, если человек проявляет вежливость вместо прямоты суждений. Дефлексии можно достигнуть, не выражая прямо своего отношения или не принимая во внимание чего-либо. В последнем случае человек обычно чувствует себя “нетронутым” внешними событиями, а в предыдущем, его поведение становится не результативным, и он переживает, что никак не может получить желаемого. Дефлексия оказывается полезной, если на основе осознавания ситуации с ее помощью удовлетворяются определенные потребности (например, если температура ситуации нуждается в охлаждении). К другим примерам дефлексии относятся отведение взгляда в сторону, болтливость, неопределенность высказываний, рассуждения и разговоры о чем-то, а не с кем-то (Polster and Polster, 1973, c.89-92).

Организмическая саморегуляция

Регуляция поведения человека или группы различается своими уровнями, а именно (а) организмическим, который основывается на возможно более полном и точном признании того, что есть и (б) “шуддистским” (от англ. should – должен), базирующимся на произвольном навязывании того, что, по мнению некоего контролера, должно или, наоборот, не должно быть. Эти уровни относятся к интрапсихической организации, регуляции межличностных отношений и социальных групп.

“Существует только одна вещь, которая должна осуществлять контроль: ситуация. Если вы отдаете себе отчет по поводу ситуации, в которой пребываете, то вы в ней, а значит, дайте ей возможность контролировать ваши действия, только тогда вы научитесь справляться с жизнью”{F.Perls, 1976, c.33). В качестве иллюстрации вышеизложенного Перлз приводил пример с вождением автомобиля. Вместо заранее запланированной программы: “Я должен ехать со скоростью 65 миль в час”, человек, осознающий ситуацию, будет вести машину с различной скоростью ночью, в транспортной пробке, она будет зависеть от его усталости и т.д. Этим примером Перлз проясняет, что “дать возможность ситуации контролировать” означает регуляцию путем осознавания текущего контекста с учетом потребностей человека, а не в соответствии с предположениями о том, что “должно” произойти.

При организмической саморегуляции процессы выбора и познания происходят холистическим образом и характеризуются естественной интеграцией телесных и душевных проявлений, мыслей и чувств, спонтанности и преднамеренности. В ходе шуддистской регуляции правит бал когнитивность в отсутствии чувств (felt) и холистического смысла.

Является очевидным, что все составляющие, имеющие отношение к регуляции границы контакта, не могут быть полностью      осознаны.       Большинство      взаимодействий (transactions) совершаются автоматически, привычными способами и с минимальным осознаванием. Необходимое требование организмической саморегуляции состоит в том, чтобы привычное стало полностью осознаваемым. Если осознавание не возникает, как это требуется, и/или не стимулирует должную жизненную активность, то психотерапия становится методом повышения осознавания, совершения осмысленного выбора и приобретения ответственности.

Осознавание

Осознавание и диалог являются двумя главными терапевтическими инструментами в гештальт-терапии. Осознавание представляет собой форму переживания, которую, не очень четко, можно определить как бытие в соприкосновении со своим собственным существованием, с тем, что есть.

Лора Перлз констатирует: “Гештальт-терапия представляет собой континуум осознавания, свободно текущее формирование гештальтов, в котором наибольшим значением и интересом для организма, межличностных отношений, социальной группы или общества становится гештальт, выступающий на передний план, где он может быть полностью пережит и освоен (признан, проработан, рассортирован, изменен, отдан в распроряжение и т.д.), а затем исчезающий в фоне (подвергающийся забыванию, ассимиляции или интеграции), оставляя его свободным для следующего гештальта” (1973, c.2).

Полноценное осознавание является процессом пребывания  в  напряженном  контакте  с  наиболее  важными событиями в поле “индивидуум-окружающая среда”, характеризующимся сенсомоторной, эмоциональной, когнитивной и энергетической поддержкой. Инсайт  в качестве формы осознавания представляет собой немедленное постижение очевидного единства в корне отличных, несопоставимых друг с другом частей поля. Осознанный контакт создает новую, осмысленную целостность и таким образом несет в себе интеграцию существующей проблемы.

Эффективное осознавание основано и черпает энергию из актуальной, доминирующей потребности организма. Оно включает не только знание о себе, но и непосредственное осознание текущей ситуации и то, каким образом явлена в ней личность. Любое отрицание ситуации, ее запросов или потребностей человека и выбранного им решения нарушают осознавание. Осмысленное осознавание касается бытия личности в мире, диалога с миром и осознавания Другого — это ни в коем случае ни сосредоточенная на себе интроспекция. Осознавание сопровождается освоением, т.е. процессом познания того, что человек контролирует, выбирает и принятия ответственности за свое поведение и чувства. Без освоения личность, хотя и может проявлять проницательность в отношении своего опыта и жизненного пространства, но не осознает, какой силой он или она обладают, а какой нет. Осознавание содержит когнитивные, сенсорные и аффективные компоненты. Человек, который словесно признает свою ситуацию, знает о ней, реагирует и чувствует, откликаясь на нее, но на самом деле не видит ее целиком, не находится во всей полноте осознавания и контакта. Человек осознающий знает, что он делает, как он это делает, какими обладает альтернативами, и что именно он выбирает, чтобы быть тем, кем он есть.

Акт осознавания всегда происходит здесь-и-сейчас, хотя содержание осознаваемого может быть весьма далеким. Процесс     припоминания     происходит     сейчас;     однако воспоминания могут к настоящему не относиться. Если ситуация требует осознавания прошлого или предвосхищения будущего, то эффективное осознавание принимает эти возможности во внимание.

Например:

Пациент: [Смотрит более напряженно, чем обычно] Я не знаю над чем работать.

Терапевт: Что вы осознаете в данный момент?

П: Я рад видеть вас, но вместе с тем не могу не думать о вечерней встрече с моей начальницей. Весь день я напряженно репетировал и готовился к ней, стараясь как- то поддержать себя, пока длится это ожидание.

Т: В чем вы нуждаетесь сию минуту?

П: Я думал о том, чтобы посадить ее на пустой стул и поговорить с ней. Но сейчас я настолько напряжен, что скорее хотел бы сделать что-то более материальное. Мне нужно подвигаться, подышать, пошуметь.

Т: [Смотрит на пациента, но сохраняет молчание].

П: Хм, так это как мне захочется? [Пауза. Пациент встает и начинает потягиваться и зевать. Движения и звуки становятся более энергичными. Через несколько минут он садится, и его взгляд становится более мягким и живым] Ну вот, теперь я готов.

Т: Вы выглядите гораздо живее.

П: Сейчас я готов поисследовать, что сделало меня столь зажатым в отношении сегодняшнего вечера.

Отвержение себя и полноценное осознавание являются взаимоисключающими феноменами. Отвержение себя означает разрушение осознавания, поскольку оно отрицает то, кем  человек  есть.  Одновременно  оно  является  смешениемтого, кто “Я есть” и самообмана, позицией вероломного, нечестного отношения (“bad faith”} к себе, которая, тем не менее, с очевидностью признается (Sartre, 1966). Говоря “Я есть” так, будто это является наблюдением стороннего человека, или будто “Я” не было выбрано им самим, или без понимания, каким образом он творит и увековечивает “Я есть”, человек вместо просветленного осознавания совершает что-то нечестное и недопустимое.

Ответственность

В соответствии с представлениями гештальт-терапии люди являются ответственными (способными к ответу); и это означает, что они представляют собой основных действующих лиц, определяющих свое поведение. Когда люди смешивают ответственность с обвинением и долженствованием, то они подавляют себя и манипулируют собой; “стараются” избежать интеграции и не стать спонтанными. В этих случаях они игнорируют свои истинные потребности, нужды, естественные реакции на происходящее в окружающей среде и выбор в конкретной ситуации. Соответственно, они чрезмерно подчиняются или, наоборот, восстают против долженствований.

Гештальт-терапевты верят в важность четкого отделения того, что человек выбирает сам, и что ему дается. Люди являются ответственными за то, что они решили предпринять. Например, они несут ответственность за свои действия, которые совершают в окружающей среде. Попытки же обвинить внешние силы (например, наследственность или родителей) в том, что человек выбрал сам, представляют собой ничто иное, как самообман. К его разновиднсстям относится  и  типичная  реакция  стыда,  возникающая  из-за принятия ответственности за то, чего на самом деле человек не выбирал.

Человек является ответственными за свой нравственный выбор. Гештальт-терапия помогает пациентам открыть вещи, которые в соответствии с их выбором и ценностями являются моральными. Ни в коем случае не защищая принцип “все сгодится” (“anything goes”), гештальт-терапия  возлагает самые серьезные обязательства на каждого человека в процессе выбора и осознания ценностей.

Разнообразие положений

В начале теория личности в гештальт-терапии развивалась в отрыве от клинического опыта. Внимание уделялось лишь тем ее разделам, которые помогали решению конкретных терапевтических задач, а не теории личности в целом. Поэтому большинство исходных теоретических построений в гештальт-терапии были скорее производными теории поля, чем генетическими, феноменологическими или концептуальными.

Хотя гештальт-терапия, прежде всего, является феноменологической системой, ей также приходится иметь дело с бессознательным, с теми явлениями, которые не осознаются, когда требуется. В гештальт-терапии осознавание понимается как пребывание в контакте, а не-осознавание – как нахождение вне его. Не-осознавание может порождаться разнообразными причинами, например, заведомым знанием о природе вещей и их предназначении, вытеснением, определенной когнитивной системой, особенностями характера или стилем жизни. Симкин (1976) сравнивал личность с плавающим мячом – в любой момент времени видна только его часть, а остальная погружена в воду. Не- осознавание  становится  результатом  того,  что  организм  не соприкасается с окружающей средой, а оказывается почти утонувшим в своем внутреннем окружении или фантазиях, или не контактирует с явлениями внутренней жизни из-за сосредоточенности на внешних обстоятельствах.

Гештальт-теория – теория изменений

В процессе воспитания дети проглатывают целиком (интроецируют) представления и поступки значимых людей. Это ведет к возникновению навязанной, а не совместимой с нуждами организма системы моральных ценностей. Повзрослев, люди нередко испытывают вину, если поступают в соответствии со своими потребностями, которые противоречат долженствованиям. Некоторые из них тратят чудовищную энергию, чтобы постоянно поддерживать раскол между долженствованием и потребностью, поскольку устранение этого противоречия связано с признанием того, что их личная мораль представляет собой противоположность интроецированным принципам. Долженствования превращаются в настоящих саботажников, и чем человек больше толкает себя к тому, чтобы быть тем, кем он на самом деле не является, тем сильнее становится сопротивление, и не происходит никаких перемен.

Арнольд Бейссер, известный гештальт-терапевт, работавший в Институте Гештальт-терапии в Лос Анжелесе, создал парадоксальную теорию изменений, сущность которой состоит в том, что изменение возникает не в результате “вынужденной попытки другого человека или самого индивидуума изменить себя”, оно появляется, если личность в определенный момент времени приложит усилия к тому, чтобы быть “тем, кем она есть”, “полностью пребывать в своем  актуальном  положении”  (1970,  с.70).  Поэтому,  если терапевт отказывается от своей роли носителя изменений, то они происходят у пациента регулярно и осознанно.

В соответствии с взглядом гештальт-терапии осознавание (включающее овладение, выбор и ответственность) и контакт ведут к естественному и спонтанному изменению. Любое насильственное изменение скорее является попыткой актуализировать образ, а не личность. Рост организма возможен только в том случае, если человек осознанно принимает себя и свое право на жизнь в существующей реальности. Обычно форсированные вмешательства задерживают этот процесс.

Одним из ведущих положений гештальт-психологии принципом прегнантности (Prognanz) утверждается, что полю в силу его имманентных свойств присуще формировать себя в направлении оптимального (прегнантного) гештальта. И гештальт-терапевты, в свою очередь, полагают, что человек обладает врожденным стремлением к здоровью. Тенденция к “хорошей” форме с очевидностью обнаруживается в природе, а он представляет ее неотьемлемую часть. Осознавание очевидного, континуум осознавания является тем компасом, который по желанию может использоваться человеком для прокладывания пути спонтанному стремлению быть здоровым.

Дифференциация поля: полярности против дихотомий

Дихотомия представляет собой расщепление, в результате которого поле перестает быть целостностью, состоящей из отличающихся, но сцепленных частей, и превращается в набор конкурирующих (и/или) чуждых друг другу сил (смыслов). Например, дихотомическое мышление драматическим образом влияет на организмическую саморегуляцию.Оно    характеризуется    склонностью    быть нетерпимым к разнообразию, свойственному людям, и парадоксальности истин, свойственной жизни конкретного человека.

Что касается организмической саморегуляции, то она ведет к интеграции частей друг с другом и далее в нечто целостное, обьемлющее собой части. Как правило, поле состоит из полярностей: противоположных частей, которые комплементарны или развивают друг друга. Прототипической моделью, теоретически описывающей дифференцированый характер поля, может служить электрическое поле с отрицательным и положительным полюсами. Положение о полярностях рассматривает противоположности в качестве неотьемлемых частей целого, подобно инь и янь.

Взгляд на поле как на сочетание полярностей обусловливает необходимость принятия и интеграции различий. Отсутствие подлинной интеграции приводит к различным видам раздвоенности, таким, как тело-душа, внутреннее-внешнее, инфантильное-зрелое, биологическое- культуральное и бессознательное-сознательное. Интеграция частей в новую целостность, в которой появляется их дифференцированное единство, может быть достигнута посредством диалога. С его помощью через интеграцию в дифференцированную на естественные полярности целостность возможно устранить дихотомии между Я- идеальным и Я-нуждающимся, размышлением и побуждением, а также социальными требованиями и личными нуждами (Perls, 1947).

Определение    здоровья    I:    Хороший    гештальт    как полярнсть

В случае хорошего гештальта перцептивное поле предстает ясно организованным и имеющим хорошую форму.

Фигура, обладающая хорошей формой, четко выступает на более широком и менее различимом фоне. Отношения, возникающие между тем, что выходит на передний план (фигурой), и контекстом (фоном), являются очень важными. Если формируется хороший гештальт, то они отличаются ясностью. Хороший гештальт и представляет собой определение здоровья, свободное от какого бы то ни было конкретного содержания.

Если личность является здоровой, то изменение фигуры определяется насущной необходимостью, это означает, что она заменяется другой, если потребность удовлетворена или вытеснена иной, более неотложной. Здоровое исчезновение фигуры не происходит слишком быстро, предотвращая получения удовлетворения (как в случае истерии), и не настолько медленно, что новым фигурам не находится места, чтобы возобладать на организмическом уровне (например, при компульсивности). Если фигура и фон отщепляются друг от друга, то человек остается наедине с фигурой без всякого контекста, или фон оказывается лишенным какого-либо фокуса (F.Perls et al., 1951). Если человек здоров, то осознавание точно определяет доминирующую потребность целостного поля, которая является функцией внешних факторов (физической структуры поля, политической активности, природных влияний и т.п.) и внутренних влияний (голода, жажды, интереса, прошлого опыта и т.д.).

Определение    здоровья    II:    Полярность    творческого приспособления

В гештальт-терапии понятие здоровья включает творческое приспособление. Психотерапия, которая помогает пациентам лишь приспособиться, порождает конформность и стереотипность    поведения.     Психотерапия,     ведущая     к навязыванию человека миру и не принимающая во внимание других,    может    породить    патологический    нарциссизм    и изолированную,       отрицающую       мир       самореализацию. Личность,     взаимодействие     которой     носит     творческий характер,     принимает    ответственность    за     поддержание экологического баланса между собой и внешним окружением.

Таков теоретический контекст (F.Perls et al., 1951), в котором оказываются полностью учтенными даже некоторые, казалось бы, индивидуалистические или анархические положения гештальт-терапии. Его главный постулат состоит в том, что человек и окружающая среда образуют полярность. Выбор, который предстоит ему, делается не между индивидуумом и обществом, а между организмической и навязанной регуляцией.

Сопротивление является частью полярности, состоящей из побуждения и противостояния ему. Расматриваемое с точки зрения дихотомии, оно часто считается чем-то “плохим” и в подобном контексте оказывается ничем иным, как следованием своим, а не терапевтическим установкам. Рассмотренное же под углом полярности, сопротивление предстает в качестве интегральной части здорового функционирования, как характеристики, которые противостоят изменениям.

Гештальт-терапевты работают как с сознательными процессами, так и сопротивлением. Многие из них однако из- за связанного с дихотомической точкой зрения уничижительного значения избегают употреблять слово сопротивление, которое, в соответствии с этим представлением, вызывает отчаянную битву между терапевтом и пациентом, а не создает конфликт внутри пациента, нуждающийся в интеграции в гармоничную в своей дифференциации личность.

Тупик

Тупик является ситуацией, при которой внешняя поддержка уже не поступает, а личность еще полагает, что не может поддержать себя. Последнее возникает, по большей части, из-за того, что энергия личности остается разделенной и одновременно тратится на побуждение и сопротивление. Наиболее частым, привычным способом совладания с этим разделением становится манипулирование другими.

Если говорить о личности, использующей организмическую саморегуляцию, то она осознает ответственность за то, что совершает для себя или других людей. Естественно, в процессе жизни человек обменивается с окружающей средой, но основная поддержка для регуляции его существования исходит изнутри. Если индивидуум не сознает своих внутренних ресурсов, то внешняя поддержка становится суррогатом самоподдержки, а не одним из источников, питающих личность..

В большинстве систем психотерапии состояние тупика предпочитают обходить стороной, например, за счет активного использования поддержки терапевта, если пациент считает эту свою способность к недостаточной. В гештальт- терапии пациенты оказываются в состоянии преодолеть тупик в процессе заботливого и любящего контакта, однако без совершения работы за них, их спасения или обращения с ними, как с детьми.

книга Гэри Йонтеф «Осознавание, диалог и процесс в терапии»

Представляет собой монографию  “Осознавание, диалог и процесс в терапии”, опубликованную в издательстве The Gestalt Journal Press  в 1993 году.

Подготовка к печати: Марина Тихомирова Перевод: Александр Моховиков Художественное оформление: Денис Н. Хломов

2002 Московский Гештальт Институт

2002 оформление, обложка: Денис Н. Хломов

X